Почему борьба с «решебниками» — это спор о будущем образования
Спор вокруг готовых домашних заданий вышел за рамки методических дискуссий и превратился в идеологический. Минпросвещения готовит закон о запрете распространения решений к школьным заданиям и материалам ЕГЭ. Критики, среди которых есть и депутаты, пугают: дети уйдут в даркнет, а родители будут платить мошенникам. Но в этом споре есть третья сторона — педагоги, которые видят в законе не цензуру, а попытку спасти саму мотивацию учиться.
Ректор РГПУ им. Герцена Сергей Тарасов, комментируя инициативу, обозначил суть проблемы чётко: доступ к готовому ответу лишает ребёнка главного — опыта интеллектуального преодоления. «Он теряет возможность развить критическое мышление, аналитические навыки», — говорит эксперт. Проще говоря, рынок «решебников» и «сливов» ЕГЭ торгует не знаниями, а их иллюзией, предлагая короткий путь там, где ценен только долгий.
Опасения, что школьники ринутся в даркнет, Тарасов называет преувеличенными. Его аргумент в том, что закон — лишь инструмент. Настоящая цель — смена образовательной культуры, где списывание перестаёт быть социальной нормой, а умение решить задачу самому снова становится ценностью.
Запретительная риторика скрывает более важный вопрос: почему «решебники» стали таким массовым продуктом? Часто ответ лежит не в лени учеников, а в перегруженности программ, в страхе получить «двойку» любой ценой и в общей атмосфере, где результат ЕГЭ важнее процесса познания.
Законопроект Минпросвещения — это не ответ, а диагностика системного кризиса. Его успех или провал будет зависеть не от работы Роскомнадзора, а от того, сможет ли школа предложить ученику нечто более ценное, чем готовый ответ из интернета: интересную задачу, поддержку учителя и право на ошибку. В этом смысле битва идёт не за доступ к сайтам, а за смысл самого образования.
